EA-AI - Легенда о любви степного волка и волчицы

Я расскажу легенду прошлых дней.
Пусть каждый понимает так, как сможет.
О сером степном волке и о ней.
О той, что всех было ему дороже.
История красива, но грустна.
Не ждите здесь счастливого финала.
Не ждите здесь борьбы добра и зла.
Добро бороться и проигрывать устало.
В краях далёких, где резвится ветер,
Где воздух пахнет вольной судьбой,
Давным-давно жил там один на свете
Красавец-одиночка Волк Степной.
Смотрел врагам в глаза и побеждал.
Волк становился все сильнее с каждым годом.
И одиночество свою печать хранил.
Была тернистая и трудна его дорога.
Но милости к себе зверь не просил.
И в этой доле был он сам избранник.
Он выбрал путь, и сам хотел так жить.
Среди чужих не свой, среди своих изгнанник.
Готов был жизнью за свободу заплатить.
Зверь вышел как-то утром на охоту
И вкус кровавой жертвы предвкушал,
Ведь хищника жестокую породу
Бог для убийства слабых создавал.
Пронзительным и острым волчьим глазом
Охотник вдруг оленя увидал,
Расправив грудь и выгнув спину разом,
К еще живой добыче побежал,
Но не успел достигнуть своей цели.
Последний вздох оленя сдал в чужих клыках.
Своим глазам сначала сам он не поверил:
Волчица серая стояла в ста шагах.
Она была как кошка осторожна
И вместе с тем, по-женски не спеша,
Трофеем наслаждалась хладнокровно,
Безжалостная хищная душа.
Один лишь взгляд — и сердце сжалось горделиво.
С тех пор все мысли были лишь о ней.
Матерый злился на себя, не понимая,
Что так влечет его.
Он потерял покой.
И чем взяла его волчица молодая?
Боролся с чувствами, боролся сам собой.
Он не любил и никогда не думал,
Что существует нечто большее, чем инстинкт.
Потерянный ходил он в своих думах,
Пытаясь ту охоту позабыть.
Но как волк не старался, все едино.
Обреченные попытки были на провал,
Но забыть не смог.
И так неумолимо сердечный ритм
Все мысли заглушал.
Однажды он себе ты воин,
Чего хотел, всегда имел сполна.
Так и сейчас возьми, чего достоин,
Какая б не была зато цена.
Цена была большая, но об этом дальше.
Быть вместе им пророчила судьба.
Но плата за безумство счастья
Порой бывает слишком велика.
Волк и волчица так похожи были.
Две одиноких родственных души.
Всю жизнь брели среди камней и пыли.
И, наконец, судьбу свою нашли.
Они дыханием одним дышали
И мысли все делили на двоих.
Чего завистники им только не желали,
Но что влюбленным было до других?
Им море было по колено,
Да что там море, целый океан.
Бескрайние просторы неба.
Клал волк возлюбленной к ногам.
Им было больше ничего не надо.
Друг для друга — всегда повсюду вместе рядом.
Всем вопреки.
Всему назло.
На свете не было и никогда не будет
Столь преданно смотрящих волчьих глаз.
Поймет лишь тот, кто до безумства любит,
И так же был любим хотя бы раз.
А дальше было все предельно просто.
Все точки жизни расставила сама.
Но по порядку.
Осень осталась в прошлом.
Взамен ее пришла зима.
Степь занесло и замело снегами.
Повсюду были заячьи следы.
И солнце первыми холодными лучами
Ушло волчица в поисках еды.
В то утро волк проснулся не от ласки,
Не от дыхания возлюбленной своей.
Вскочил, услышав звонкий лай собаки
И голос человека. Что еще страшней?
Охота началась.
Завылась свора, в погоню за волчицей устремясь.
На белоснежном чистом фоне смешались
Клочья шерсти, кровь и грязь.
Она дралась, как одинокий воин,
Бесстрашно на куски рвала врагов.
Соперника подобного достоин
Не был никто за этой стаей псов.
Они волчицу взяли в тесный круг,
И в спину подло свои клыки вонзали.
От волчьей смелости, пытаясь побороть испуг,
Охотники добычу добивали.
А человек за сценой наблюдал.
Ему хотелось крови и веселья.
Он ради смеха жизни клал,
Без малой доли сожаления.
Все лапы в кровь.
Матерый гнал по следу.
Душа кричала, только бы успеть.
Он так хотел, подобно ветру,
К любимой на подмогу прилететь,
Но не успел.
Своей ее груди он закрыл лишь тело,
И белоснежная окрасилась в алый цвет.
Вдруг человек, взглянув в глаза ему несмело,
Оставить волка своре приказал.
Охота кончилась, и свору отозвали,
Оставив зверю щедро право жить.
Но только люди одного не знали,
Что хуже отчасти не могло уж быть.
Такую боль в словах не передать,
И не дай бог ее почувствовать кому-то.
Волк жизнь свою мечтал отдать,
Чтоб для любимой наступило утро.
Но смерть сама решает, кем ей быть,
Трофеями своими не торгует.
Нельзя вернуть, нельзя забыть,
Здесь правила она диктует.
И вот опять, как прежде, одинок,
Все снова стало на круге своя.
Свободный, обреченный степной волк,
Без воли к жизни, без смысла бытия.
Померкло солнце, небо стало черным,
И в равнодушии окрасился весь свет.
С тоской на свете обрученной,
Печали принявшей обет.
Зверь ненавидел этот мир,
Где все вокруг напоминало
О той, которую любил,
С кем вместе жил одним дыханием,
С той, с кем рассветы он встречал,
И подарил всего себя,
Ту, что навеки потерял.
Не видя участи иной,
Он смерть отчаянно искал.
Зверь звал ее, молил прийти,
Но слышал эхо лишь в ответ.
Забытый всеми на пути,
И жизнь ушла, и смерти нет.
Так еще долго в час ночной,
Уставший путник слышал где-то
Вдали печальный волчий вой,
По степи разносимый ветром.
Летели дни, недели, годы,
Пора сменялась за порой.
Слагались мифы, песни, оды
О том, как волк любил степной.
И только самое черствое сердце,
Махнув презрительно рукой,
Промолвил: «Все вы, люди, лжете,
Нам не дано любви такой».