Здесь воздух режет лёгкие, как ржавый нож
Здесь каждый день, как будто под расстрел идёшь
Я дышу пылью, я глотаю этот уголь
Мне бы волю, мне бы небо, мне бы просто угол
Но здесь стены в три обхвата, здесь режим — могила
Здесь сама земля, и та нам изменила
Я кувалдой бью по скалам, я дроблю породу
А внутри давно уже не жду свободу
Мне приснилось, будто Вычегда течёт домой
Будто я не каторжный, будто я живой
Будто пахнет хлебом, будто мать зовёт обедать
А я тут должен умереть и не отведать
Каменоломня, каменоломня — наш общий крест
Здесь каждый вздох — надрыв, каждый шаг — арест
Здесь соль въедается под кожу, стирает в кровь
Здесь умирает последняя любовь
Каменоломня, каменоломня — мы здесь гнием
Мы бьём породу, мы тонем в камне, мы всё при нём
Здесь небо в клетку, здесь солнце — белый глаз
Здесь каждый сам себе прокурор и палач
Мне кореш слева отбивает ритм по стене
Он шепчет: "Брат, держись, там скоро быть весне"
А я смотрю на этот камень, на этот ад
И понимаю: не вернёмся мы назад
Здесь каждый третий — либо умер, либо сдал
Здесь каждый первый — на себя же нож поднял
Я сам держался, сам молчал, сам грыз гранит
Пока ментовский сапог мне душу не пробил
Мне мать не пишет — видно, нечего сказать
Когда твой сын в каменоломне должен пропадать
Когда твой сын — не сын, а номер на спине
Когда твой сын давно уже не при луне
Сыктывкар — Воркута — Ивдель — Соль-Илецк
Я эти камни, как родных, на ощупь знаю, брат
Я с ними спал, я с ними вставал, я с ними горел
Я с ними эту каторгу, как промысел, имел
Каменоломня, каменоломня — наш общий крест
Здесь каждый вздох — надрыв, каждый шаг — арест
Здесь соль въедается под кожу, стирает в кровь
Здесь умирает последняя любовь
Каменоломня, каменоломня — мы здесь гнием
Мы бьём породу, мы тонем в камне, мы всё при нём
Здесь небо в клетку, здесь солнце — белый глаз
Здесь каждый сам себе прокурор и палач
