Вокзал шумел, как потревоженный улей.
Спешили фраера, как мусор с кирпичами.
Стоял старик с протянутой рукой
Потертый ватник, кепка на бекрень
Он был для всех, как придорожный пень
Подайте, люди, на билет домой
Шептал он тихо, но был он здесь изгой
Толпа текла, его толкая в грязь
Иди работай, пьянь, шипела мразь
Я закурил, прищурился сквозь дым
Я в этой жизни тоже не был молодым
Я глянул в душу ему прямо в цвет очей
И увидал там отблеск лагерных ночей
Там ни вечера грязный, не пропойся,
Там взгляд такой, что ты шпана, побойся,
Там севера, там карцера и вышки
Там жизнь написана не по учебной книжке
А он понятия б*я знает поплотней,
Чем вся профессура ваших сраных дней
В его морщинах мудрость вековая
Выжить пытается, боль свою глотая
Но ведь бывалый суровый волк
Каждому может преподать урок
Я подошел, толпа раступилась вмиг
Увидел на руках масти какой старик
Здорово, батя, говорю ему фарту
И достаю котлету, словно карту
Всё, что было в кармане, всё ему отдал
Не считая, сунул в руку нал
Он посмотрел, и по щеке невритой
Скатилась слезка болью ядовитой
Спасибо, сынок, дрогнул голос глухой
Вчера откинулся
И вот стою как х*й сухой
Начальник гнида
Выгнал за порог
Ни справки, ни гроша
Иди, сказал падаль, закончился твой срок
Еду вот в село свое
Там хата, может, цела
А тут вот голод
И на душе сезая мгла
Меня жлость взяла до скрипа в челюстях
Какая ж гниль сидит в мусорских мостях
Человек-полжизни
За колючкой гнил
А вышел из свободе стал немил
Я в ларёк метнулся, взял ему в дорогу
Пирог горячий
Чтоб согреть немного
Блок сигарет
Прима, чтоб дым родной
Напомнил вкус
Что он теперь живой
Им бы лишь пройти, не замарать пальто
Для них он мусор, для них он никто
Но волк не пес, он кость не будет грызть
Он жизнь прошел, где можно только быть
В его глазах вся правда без приказ
