Серые тени в погонах швырнули меня в этот склеп.
Для них я статья и режим, для них я просто нелеп.
Захлопнули тормоза, отсекли от живого мира
Здесь холод вгрызается в кости, здесь ледяная квартира
Они ржали, когда забирали шнурки и ремень
Посиди, подумай, Паша, впитай эту тьму и тень
Мусора — это стражи порога, Низшие сущности дна.
Им нужна моя боль, Им энергия страха нужна.
Они думают властны над тем, Что не создали сами.
Но здесь, на бетонном полу, где даже крысы не спят
Я чувствую, как их погоны адским огнём горят
Закинули в яму, закрыли засов
Здесь нет ни часов, ни друзей, ни голосов
Только тьмы, бесы и холод стены
Я один против всех, я один посреди войны
С*ки в фуражках, на раны души сыпят соль
Выдали мне камеру
Камера дала мне боль
Одиночество душит
Как удавка на тонкой шее
А за дверью шагают псы, Становясь всё злее.
Три шага от стенки до стенки, Маршрут в никуда.
Из крана сочится ржавая, мертвая вода.
Я смотрю в глазок, но с той стороны пустота.
Лишь рыбий глаз вертухая
В нём ни черта, ни Христа
Они заперли тело, думали
Сломят хребет
Но хуже всего не режим, а то, что в голове
Тьмы и бесы выходят из углов, как только гаснет контроль
И каждый из них играет свою поганую роль
Один шепчет сдайся, другой шепчет вскройся
А кум за дверьми говорит мне умойся и успокойся
Вы твари системы, вы слуги гнилых скотов
Загнали меня в этот гроб
Без окон и берегов
Вам нравится знать, что я здесь, что я неживой.
Но одиночество — это линза.
Бронёй Вы не люди, вы функции зла
А я здесь сгораю
До пепла дотла
Закинули в яму, закрыли засов Здесь нет ни часов
Ни друзей, ни голосов
Только тьмы, бесы и холод стены
Я один против всех, я один посреди войны
С*ки в погонах, цыплете на рану
